Алексей Ягудин: «Меня привлекают роли, в которых можно и ненавидеть, и любить, и смеяться, и плакать!»

На этом моменте мы приближаемся к теме нашей беседы, потому что все грани таланта Алексея Ягудина будут блистать в огнях прожекторов зимней Мальты в декабре 2019 года. Именно в это время он сыграет одну из ролей в ледовом спектакле «Шутовская свадьба». О том, какой образ выбрал Илья Авербух для Алексея Ягудина, что ближе фигуристу: комфорт или романтика, как он успевает совмещать несколько карьер одновременно и зачем, — вы узнаете из этого интервью.

Спальный мешок — не проблема!

— Вы когда-нибудь раньше бывали на Мальте?

— Никогда. Был рядом с Мальтой, когда команда «Ледникового периода» давала спектакль в Италии, на знаменитой Arena di Verona. Этот тур оставил незабываемые впечатления. Такие же ожидания у нас от Мальты, потому что это особенное шоу: мы будем выступать в центре острова, на площади, когда все вокруг — само по себе история. Конечно, это совершенно иные ощущения, чем от любой другой закрытой площадки.

— Вы работаете с Ильей Авербухом все 15 лет, которые существует его проект ледовых шоу. Как это было, когда все только начиналось? Рассказывают, что вы гастролировали в автобусах с вырванными сиденьями, спали в спальных мешках. Что удерживало вас в самом начале в этой команде?

— Я не могу сказать, что было очень трудно. Да, такой проект для нас был внове, но сформировалась очень веселая и дружелюбная атмосфера. Мы понимали, что стоим на пороге чего-то глобального, но тогда и подумать не могли, к чему придем в результате. А сейчас есть ледовый проект и для взрослых, и для детей, гастроли, телевидение, школа фигурного катания... Начинали мы достаточно беззаботно, только что закончив с большим спортом, но о таких перспективах даже и не мечтали. Наверное, поэтому все у нас и сложилось. Мы не думали о грандиозных целях, мы просто наслаждались этим временем. Тогда, 15 лет назад, автобус и спальные мешки - это было абсолютно нормально! Я думаю, что сейчас, если бы Илья предложил бы нам повторить этот путь, мы бы согласились. Чем меньше комфорта, тем больше романтики!

Жизнь вне спорта

— Почему вы хотели завершить свою карьеру в 2002-м году, как раз перед Олимпиадой, которая стала для вас победной?

— Это был не первый момент, когда я как бы хотел уйти из фигурного катания. Все банально-усталость.Я периодически порывался это сделать: и в семь лет, и в десять, и в пятнадцать... Конечно, каждый раз по разным причинам. На самом деле, это случается почти со всеми спортсменами, когда в какой-то момент теряешь веру в себя или просто устаешь. И в тот момент, незадолго до Олимпийских игр, я ощутил нечто подобное,️Я тогда сообщил Татьяне Тарасовой о своем решении, а в ответ услышал гениальные слова: «Леша, полгода осталось... Давай заедем на Олимпиаду: какая бы медаль ни была, а все пригодится в будущем». Я согласился. После этого мы не проиграли ни одного турнира.

— Что стало главным вызовом после завершения спортивной карьеры?

— Как и у всех спортсменов, — нужно было найти себя в обычной жизни. Когда ты занимаешься спортом, главное показывать результаты. Но потом главное — найти себя в жизни вне спорта.

— В итоге вы обрели себя как телеведущий, актер театра и кино, участник ледовых шоу. Как вы находите время и силы на все?

— У всех есть огромный потенциал, который зачастую просто не используется в полной мере.

Если очень хочешь что-то делать, то время найдется: на достижение всех «мечт», на выполнение всего задуманного. У меня есть это желание, поэтому есть и театр, и шоу, и телевидение, и лекции, и школы фигурного катания. Одна из них в Минске существует уже полгода, вторую мы открываем в Москве.

   Шутки и правда

— Какие роли вам по душе? Правда ли, что вы любите играть злодеев больше, чем «хороших парней»?

— У «плохих» мальчиков всегда больше поле для деятельности, чем у хороших. Это те роли, когда можно и ненавидеть, и любить, и смеяться, и плакать! Меня привлекают образы, в которых нет монотонности. Роли, где есть жизнь, эмоции... Но, конечно, любой артист должен уметь играть разносторонние роли, предложенные ему худруком.

— Какую роль выбрал для вас Илья Авербух в ледовом шоу «Шутовская свадьба», которое состоится на Мальте?

— Я буду играть Балакирева. Он — придворный шут. Но... в каждой шутке есть доля правды. И к этому шуту прислушивается сама Анна Иоанновна — императрица, которая может себе позволить все. Балакирев главенствует над шутами. Говоря современным языком, он — босс. Мне нравится эта роль ее противоречивостью: мой герой может кривляться, делать то, что не всем позволительно. Вместе с тем он приближен к Императрице и, в какой-то степени, имеет влияние на все, что происходит в государстве.

— Что главное для вас в работе с музыкой композитора Алексея Шора? 

— Перенести эту классическую музыку, написанную для балета, на лед — это поистине замечательный вызов. Наша задача — заинтересовать зрителя с первой секунды и продержать этот накал до финальных аккордов. И сейчас мы делаем абсолютно все для этого, включая подготовку уникальных декораций, костюмов и спецэффектов. Это будет карнавал красок, усиливающий влияние музыки! После всех наших ледовых спектаклей, после «Ромео и Джульетты», «Кармен» и других шоу, каждый раз хочется сделать постановку еще лучше. Скоро Мальта увидит результат этой работы.