Андреас Оттензамер: «Нужно всегда выбирать инструмент, на котором проще всего самовыражаться»

— Вы родились и выросли в музыкальной семье. Как родители повлияли на выбор вашего жизненного пути? Вы сами решили стать профессиональным музыкантом или, скажем так, семейная история обязывала?

— Конечно, рос я в окружении музыки, и это естественным образом повлияло и на мою к ней любовь, и на выбор карьеры. Но в то же время меня интересовало столько всего другого, что я не исключал возможности пойти совсем по другому пути.

— С детских лет вы учились играть на нескольких музыкальных инструментах: фортепиано, виолончели и кларнете. Причем владеете ими в совершенстве, что подтверждается количеством призов за участие в конкурсах по всем трем инструментам. Что же повлияло в конечном итоге на выбор кларнета?

— Нужно всегда выбирать инструмент, на котором проще всего самовыражаться. Для меня это кларнет, к тому же — это универсальный инструмент!

— Возможно ли описать звучание этого инструмента?

— У него темный и насыщенный звук — мой самый любимый тембр. Он часто используется в венской исполнительской традиции.

— Прошло всего шесть лет с того момента, как вы решили сделать кларнет своим ведущим инструментом, и вот вы уже почетный член Оркестровой академии Берлинской филармонии, а затем и солист Немецкого симфонического оркестра Берлина и Берлинской филармонии. Чем вы объясните такой стремительный взлет?

— Конечно, годами занятий и практики. А также развитием и опытом, полученным в музыкальной среде, начиная с самых малых лет.

— Можно ли сравнить репертуар для кларнета с репертуаром для двух других инструментов — фортепиано и виолончели?

— Репертуар для кларнета чудесный. В оркестре ему отводятся мелодичные сольные партии, к тому же он звучит весьма характерно. В камерной музыке на нем можно исполнять практически все. Для кларнета писали великие композиторы — от Моцарта до Брамса. А что касается сольных концертов, то есть очень интересные работы, и даже шедевры. Конечно, репертуар для виолончели и фортепиано намного шире.

Запись в студии, конечно, очень непростая задача, но в конце концов мы все просто пытаемся играть так же, как играли бы на концерте

— Ваш любимый композитор?

— Люблю разнообразие, но — Брамс очень мне близок.

— Вы выступали с ведущими дирижерами мира. С кем из них вам было приятнее всего работать?

— Сотрудничество с другими музыкантами — непростая штука, ответ на этот вопрос ни в коем случае нельзя давать обобщенный. Изюминка есть у каждого, а плодотворная работа зависит от многих параметров: репертуара, оркестра, настроения, акустики и т.д.

— Вы выступаете и в составе оркестра, и как солист, и в ансамблях камерной музыки. Какое направление вам ближе всего и почему?

— Опять же, не хотелось бы делать какой-то определенный выбор. Мне нравится вся эта комбинация — думаю, что все три ипостаси прекрасно дополняют друг друга.

— В женщинах-инструменталистах недостатка, кажется, нет, а вот женщин-дирижеров мало. Как Вы думаете, почему так?

— Женщины-дирижеры только начали появляться в этой сфере деятельности. Подождите несколько лет, и их число будет намного выше.

— В 2005 году с вашими отцом и братом — ведущими кларнетистами Венского филармонического оркестра Вы создали трио Clarinotts. Дает ли какие-то преимущества сотрудничество с родными людьми?

— Несомненно. Ближе такого совместного творчества в работе над созданием музыки просто нет.

— В 2013 году Вы подписали эксклюзивное соглашение о записи с лейблом Universal Classics’ Mercury Classics в партнерстве с Deutsche Grammophon. Благодаря этому вы стали первым кларнетистом, который выпустит альбом с DG, что само по себе огромная честь для музыканта. Чем, по-вашему, отличается работа в студии от живого исполнения перед публикой?

— Я всегда стараюсь записываться в обстановке, максимально приближенной к реальной ситуации.

Запись в студии, конечно, очень непростая задача, но в конце концов мы все просто пытаемся играть так же, как играли бы на концерте.

— Вместе с пианистом Хосе Галь­ярдо вы являетесь арт-директором фестиваля Бюргеншток в Швеции. Чем отличается роль организатора от роли участника фестиваля, на ваш взгляд?

— Быть арт-директором этого прекрасного фестиваля — вызов самому себе. Огромное удовольствие собирать команду из великолепных музыкантов и близких тебе людей каждый год, но это, конечно, и весьма непростая работа.

С тех пор, как я взял на себя эту роль, я начал с большим вниманием и пиететом относиться к работе, которая происходит за кулисами фестиваля.

— Как вы узнали о фестивале на Мальте? А о самой Мальте? С каким посланием вы приедете на средиземноморское побережье?

— Я очень рад побывать на Мальте впервые. Несколько раз хотел поехать на остров в отпуск, так что все отлично совпало!

— На Мальте Вы будете исполнять «Вердиану» Алексея Шора — произведение, вдохновленное операми итальянских композиторов, с великолепными мелодиями. Вам по-особому близка опера?

— Она была первым музыкальным жанром, с которым я познакомился, когда рос в Вене. Подход Шора очень оригинален, не похож на обычные фантазии на оперные темы.

Беседовала Сесилия Швиреб