Чайковский и…таинственный баховский свет сочинений Алексея Шора

Чайковский в этом балете дал широкий простор своему воображению, а также мастерству красочной звукописи и эффектной декоративности. Главное, что балет-феерия (так принято называть этот опус) на сюжет французской сказки отразил самую сущность личности композитора — стихию русского начала! Ошеломительный успех спектакля в 1890 году, когда в зале Мариинского театра присутствовала царская семья, побил все рекорды дорогих постановок того времени — на балет было выделено 42 тысячи рублей (четверть годового бюджета театров Петербурга!).

Сюита из балета «Спящая красавица» — абсолютно самодостаточное, полноценно масштабное симфоническое произведение, построенное на законах драматического симфонизма, созданное в редакции Зилоти и Юргенсона. В интерпретации маэстро Стадлера Чайковский невероятно светел, жизнерадостен, блестящ и изящен. Здесь был «схвачен» именно тот необходимый баланс равновесия и гармонии, ведь музыка «Спящей» страшно увлекает своей чувственной полнотой, эмоциональностью, удивительным волшебством и сказочностью. Музыкантам оркестра удалось погрузить нас в мир романтики, светлых грез и прекрасных мгновений. Особенно удалась оркестру Тема феи Сирени — кульминационная часть симфонической сюиты. В ней было все: и нежная порывистость, и мощные каскады оркестрового тутти, и блеск торжественного звучания меди.

Сергей Стадлер — мастер своего дела. В комментариях по поводу своей работы — скромен и правдив. Невозможно не привести эксклюзивную фразу от маэстро, сказанную им прямо перед началом концерта: «Дирижер — молчаливая профессия…».

Вечная борьба света и тьмы вне зависимости от времени… Сильными сторонами исполнения музыкантов можно также назвать монолитность звучания forte, симфонический охват формы и вместе с тем, — рельефность партий оркестровых голосов, тонкую конкретизацию отдельных тем, интонаций, мотивов…

Сейчас, когда Фестиваль на Мальте уже набрал обороты, становится абсолютно очевидным, что Европейский фонд поддержки культуры сотворил некое «мальтийское чудо», и каждый вечер публика получает подарки-сюрпризы. Программа каждого концерта удивительно эффект­но скомпонована, а сами концерты имеют «интригующе-завлекающие» названия, например, в Concerto Extravaganza гармонично переплелись мир барокко с современным музыкальным прочтением философской темы «Времен года» композитором Алексеем Шором. А сегодняшний «Extraordinary Concert» отмечен данью уважения к бессмертному творению Чайковского, но «Хорошо темперированный шансон» Алексея Шора мгновенно заставляет нас перестроиться и перенестись в иное музыкальное измерение!

С «Хорошо темперированного шансона», можно сказать, и открылся миру Алексей Шор: специально для своего друга альтиста Дэвида Аарона Карпентера он написал это сочинение, включив хиты известного жанра. Музыка, представляющая тех, кто живет, чтобы петь, и тех кто поет, чтобы жить… Напомним, что в России термин «русский шансон» появился только в 90-х, когда подобного рода песни стали звучать на эстраде, в эфире радиостанций и телеканалов. Понятие «русский шансон» теперь охватывает довольно широкий и очень разный круг исполнителей — от Вертинского и Аркадия Северного до Клавдии Шульженко и Марка Бернеса…

Премьера сочинения имела потрясающий успех, и с тех пор исполняется повсеместно. Овациями его встречали встречали Метрополитен-музей и Карнеги-Холл. Затем цикл был записан с Лондонским филармоническим оркестром. А дальше — «ребенок» пошел в народ и теперь путешествует по Мальте…

Исполнение ХТШ (да простит нас автор за самовольные аналогии в названии) на Мальтийском фестивале было особенно ожидаемо, ведь интерес к этой музыке огромный — одно только название чего стоит! У всех возникает вопрос: А какая же связь? А причем тут Бах? Но суть дела в том, что Алексей Шор и мировая художественная культура сосуществуют в неразрывном единстве. Множество точек глубинных соприкосновений позволяют обнаружить нам поразительные стилистические сцепления, сращивания, взаимодействия, обеспеченные высочайшим мастерством композитора.

На заглавном листе своего сочинения ХТК Иоганн Себастьян Бах написал: «Для пользы и употребления стремящейся к учению музыкальной молодежи, равно как и для особого времяпрепровождения тех, кто в таковом учении уже преуспел…»! Главное действующее лицо вечера — Дэвид Аарон Карпентер в своем мастерстве действительно преуспел — ведь даже его элегантный внешний облик и фантастическое обаяние, великолепная пластика и аристократизм гармонично соответствовали духу сочинения. Добавим сюда актерское мастерство, бравирующее на грани…

«Игра слов» заложена композитором уже в названии цикла: «Хорошо темперированный шансон», т.е. шансон совершенный, облагороженный, достойный, правильно звучащий (здесь вступают в силу аналогии с баховской идеей доказательства существования равномерно темперированного строя). Калейдоскоп жанров: марш — тарантелла — вальс — самба — мадригал — танго — bossa nova, — все это широчайшая панорама музыкальных образов, на наш взгляд, настоящая музыкальная энциклопедия! Композитор «играет» и развлекается с названиями частей, веселится от души! Мы легко и непринужденно путешествуем вместе с автором в лабиринте человеческих чувств и страстей при помощи простой незатейливой идеи; шансон с легкостью представляет нам и эстетические категории комического, пафосно-трагического, насмешливо-саркастического и любовного…

В первой части густой, «человечный» голос альта буквально пропел всем нам знакомую «Мурку», неожиданно утонченно обрамленную ритурнелями в итальянском стиле… Интонации застольной «Постой, паровоз, не стучите, колеса…» в Trans-Siberian Walts утопают в шикарных интонациях баховского стиля… Baroken love — Broken love — игра слов, означающая «сломанную любовь», звучит гротесково и пародийно в духе маршеобразных эстрадных песен. В ритмы лихой Samba облачена самая узнаваемая еврейская мелодия «Семь-сорок», а «Бублики» — уже в эффектных одеждах аргентинского танго…

Особого внимания заслуживает Chicken tarantella, как известно, в древней испанской традиции тарантелла — магический танец, излечивающий больных тарантизмом. У Шора это — городская фольклорная песня «Цыпленок жареный»… Сколько удивительных параллелей, аналогий и ассоциаций! «Хорошо темперированный шансон» действительно поражает и с точки зрения музыкальных словарей разных эпох, и с позиций художественной концепции возможностей самого жанра.

Бетховен называл баховский ХТК «музыкальной Библией», а Казальс вдохновляется «различием впечатлений, производимых разными тональностями»… У Алексея Шора в цикле использованы только миноры. Сам композитор считает, что «музыка должна отражать настроения и чувства», поэтому нам кажется, что порой общий образный строй сочинения балансирует на грани «веселой грусти» или «грустного веселья». И как тут не вспомнить замечательные слова Эрнеста Теодора Гофмана: «Как-то в порыве дурного настроения я купил себе камзол цвета до-диез минор, но чтобы впоследствии все же утешить себя, я пришил к нему воротник — цвета ми-мажор…». Необязательно быть музыкантом, чтобы понять силу тональной краски и ее воплощение. Можно очень долго рассуждать о любимых минорах и мажорах разных композиторов, но все же нам представляется, что суть этого сочинения несколько в другом… Часто в музыке Алексея Шора через четкие пропорции мелодических линий и гармонических конструкций, которые можно сравнить с обрамлением разноцветных витражных стекол, просвечивает теплый и таинственный баховский свет, дающий композитору новый стимул для творчества…

Татьяна Эсаулова