Максим Венгеров — впервые на Мальтийском Международном музыкальном фестивале

Великий учитель Максима Венгерова, его духовный наставник — Мстислав Леопольдович Ростропович, как известно, — на одной из своих первых детских фотографий засыпает в виолончельном футляре отца, который служил мальчику колыбелью… А звездный скрипач-виртуоз Максим Венгеров уже в трехмесячном возрасте внимательно вслушивался в музыку Скрипичного концерта Чайковского в исполнении легендарного Давида Ойстраха. По воспоминаниям его родителей, замечательных музыкантов, проголодавшийся младенец удивительно прекрасно реагировал на духовную пищу, — тут же замолкал и имел очень довольный вид…

Впервые Максим Венгеров исполнил знаменитый Скрипичный концерт, когда ему было всего тринадцать. С тех пор много воды утекло, и, по словам музыканта, «изменилось многое в его сознании, руках и теле, особенно после того, как он начал преподавать и дирижировать». Профессию дирижера скрипач стал осваивать также по совету своего учителя. Венгеров считает, если бы не маэстро, возможно, он бы вообще не стал музыкантом. Они часто выступали вместе, записывали концерты, один из которых в 2004 году был удостоен премии «Грэмми». Восприняв самое главное из требований мастера — всегда исходить не из технического приема, а из музыкальной идеи, художественного образа, — Венгеров продолжает свою успешную карьеру как солист и дирижер.

Мальтийский фестиваль напоминает музыкальное биеннале шедевров, где каждый вечер можно наслаждаться великими произведениями искусства и продумывать дальнейший план своих музыкальных интересов… Гайдн, Вела и Шуберт; Моцарт, Штраус и Венявский; Канчели, Хачатурян и Вивальди; Респиги, Шор и Рахманинов…

Но вот мы дошли и до Чайковского. На Мальтийском фестивале ему посвящено несколько вечеров. Сегодня — сюита из балета «Лебединое озеро» и знаменитый Концерт для скрипки с оркестром ре мажор, соч. 35. Нужно отдать должное Государственному оркестру Армении и дирижеру Сергею Смбатяну, — в таком напряженном концертном марафоне они просто безупречны! А о самом дирижере, как известно, лучше судить не по движениям рук, а по музыке, которую мы слышим. Сергей Смбатян глубоко и вдумчиво прорабатывает все музыкальные образы, идеи; публика буквально заворожена красотой «возводимых» им симфонических соборов и дворцов…

Здесь мы берем на себя смелость сравнить музыку и архитектуру, что вполне логично, ведь на Мальте архитектурных красот не перечесть (на этом маленьком острове 360 соборов!). Средневековые здания, форты, замки, церкви сказочной красоты — идеальные условия для новых впечатлений и вдохновения всех выступающих здесь музыкантов. «Архитектурное» мышление — качество, которое выделяет дирижера. Умение выстроить форму сочинения, его архитектонику… Как тут не вспомнить гениального Гете, сказавшего, что «архитектура это застывшая музыка». Сергей Смбатян, дирижируя сюитой из балета «Лебединое озеро», будто бы выстраивает красивое и основательное здание…

«Лебединое озеро» — большой 4-х-актный балет, либретто к которому предположительно составлено самим композитором. С одной стороны, это сказочная коллизия, развивающая важнейшую для эпохи романтизма тему рока, родового проклятия, с другой, — драматический спектакль с типичным для романтического искусства лейтмотивом отношений человека и природы; природы, которая может и карать, и защищать.

Все части сюиты были показаны в оркестре мощно, театрально. Вальс покорил атмосферой бала и фейерверков, игрой тембров и яркой динамикой. Дирижер добился ошеломительного тутти, вызвав бурные аплодисменты публики между частями сюиты. Во всех танцах дирижер держал поразительно быстрый темп при хорошей слаженности игры музыкантов.

В исполнении Скрипичного концерта присутствовала та «неистовость», которая всегда характеризует гения скрипичного искусства. Интерпретация Венгерова — броская, запоминающаяся. Все основные темы первой части были исполнены огромного воодушевления, а сложнейшая каденция в очередной раз доказала совершенство исполнения маэстро и еще больше раскрыла возможности великого инструмента Страдивари в руках мастера.

Вторая часть — миниатюрная канцонетта — это отголоски итальянских впечатлений Чайковского. Здесь солист и оркестр нашли новые краски повествования — легкие, изящные… Тем неожиданней и эффектней прозвучал финал Атака, налетевший настоящей «бурей» праздничного веселья. И солист, и оркестр показали ощущение полноты жизни и какую-то особую душевную приподнятость!

Блистательный скрипач был в великолепной форме и в отличном настроении. Вообще в этот вечер на сцене энергия буквально бурлила, динамика зашкаливала, а эмоции рвались наружу. Последний аккорд… и зал взорвался аплодисментами, криками bravi, продолжительными овациями…

На бис музыкант исполнил сочинение Алексея Шора «Баркарола», отсылающее к тонким аллюзиям с итальянской живописью, средиземноморским пейзажам. Произведение с ясной, теплой, сердечной и простой мелодией, имеет глубокий внутренний эмоциональный потенциал. Оно и стало светлым романтическим финалом этого замечательного концерта.

А впереди — Сметана и Пелецис; снова Гайдн, Шуберт, Хачатурян и Шор, а также Элгар, Бабаджанян, Прокофьев и Пендерецкий…

Вот так Мальтийский фестиваль поддерживает ту благородную миссию, которую привносят знаменитые исполнители в большой музыкальный мир планеты, и, параллельно с их фантастически самозабвенной творческой деятельностью, Мальтийский фестиваль также создает «новый круг кровообращения культуры и связей между людьми»…

Татьяна Эсаулова