Образы Великой осады

Главный редактор журнала «Мальтийский вестник» СВЕТЛАНА ВЕЛЛА и музыкальный критик ЛИНА ГОНЧАРСКАЯ обмениваются своими мыслями по поводу премьеры.

Светлана Велла: Если попытаться описать Великую осаду как эпизод мальтийской истории, то это целый цикл событий яростных и скорбных, пусть и со счастливым (для Мальты) концом, которые произошли жарким летом 1565-го. Это битва рыцарей против янычар, Креста против Полумесяца, защитников против захватчиков; это и битва двух оркестров — мальтийского и… армянского, а не турецкого. Впрочем, все-таки не битва, а тандем, ибо у обоих этих народов давным-давно был один общий враг — тот самый…

Лина Гончарская: Безусловно, тандем и по другой причине: когда я спросила автора, отчего он решил объединить два оркестра, Алексей Шор сказал, что вовсе не думал о том, чтобы противопоставить один из них другому, хотя речь идет о двух враждующих сторонах — мальтийцах и турках. То бишь горстке рыцарей-гос­питальеров aka рыцари Ордена Св. Иоанна, паре-тройке тысяч мальтийских ополченцев и небольших отрядах союзных войск, устоявших перед натиском огромной армии Оттоманской Порты. Нет, Алексей Шор не хотел, чтобы один оркестр воевал с другим, напротив, он имел в виду объединенный оркестр, как раз таки в вагнеровском понимании, поскольку для того, чтобы воссоздать картину ожесточенных сражений, ему потребовался двойной состав.

С.В.: А что там с Вагнером?

Л.Г.: Просто вспомнилось, как Вагнер с Берлиозом в девятнадцатом веке придумали, каждый сам по себе, довольно смелые методы оркестровки, не говоря уже о всяких хитрых приемах. Причем Вагнер, относившийся к Берлиозу, в общем-то, недружелюбно, все-таки признавал «фантастическую смелость и необыкновенную ясность самых рискованных комбинаций», которые Берлиоз использовал в «Фантастической симфонии» и «Гарольде в Италии». Сам же Рихард Байрейтский тяготел к оркестровому звучанию, основанному на удвоениях: фаготов с валторнами, труб с тромбонами etc. — для исполнения мелодии в октаву или унисон. Так вот, в цикле Алексея Шора «Образы Великой осады» мы услышали сегодня несколько прекрасных образцов унисона медных духовых, да и прочие идеи относительно двойного состава оркестра были весьма впечатляющими.

С.В.: Это звучало здорово. А я, поскольку довольно глубоко изучила историю острова, давно ставшего мне родным, на концерте вспоминала о том, как Орден св. Иоанна Иерусалимского попал на Мальту, в общем-то волею несчастного случая. Султан Османской империи Сулейман Великолепный, старинный враг Ордена, в 1522 году выгнал рыцарей с Родоса. Заполучив Мальту из рук Карла V, императора Священной Римской империи, рыцари увидели в ней своего рода перевалочный пункт, где можно поднакопить силенок, чтобы отвоевать у неверных любимый Родос, и где, к тому же, ждали их постоялые дворы, госпиталь… На Мальте же не было ничего, кроме полуразрушенной, морально устаревшей крепости Св. Ангела в одном из заливов Великой Гавани — когда мы гуляли по Валлетте, я указывала тебе рукой через пролив. Однако, пока суть да дело, Сулейман решил, что рыцарям и на Мальте не место. Тут-то все и началось, и завертелось…

Л.Г.: Да, я помню нашу прогулку, ты — потрясающий рассказчик… Поэтому сегодня, во время премьеры, мне без труда удалось визуализировать в своем воображении музыкальные картины Алексея Шора, и это было вдвойне интересно. Не говоря уже о том, что речь идет о программном цикле — каждая часть его снабжена заголовком. Примечательно также, что автор подходит к историческим событиям с точки зрения человека 21 века, как он заметил в своем интервью.

С.В.: Это чувствовалось…

Л.Г.: Но поскольку история осады Мальты не всем известна, что было дальше?

С.В.: Итак, в мае 1565 года — а эту дату любой мальтиец вам без ошибки воспроизведет, находясь в любом агрегатном состоянии, — мощный турецкий флот под командой хитрого и коварного предводителя берберских пиратов Драгута (или Тургута) Реиса подошел к берегам Мальты. Великим Магистром иоаннитов был тогда бесстрашный и не менее жестокий — в общем, достойный противник Драгуту — Жан Паризо де ла Валетт, воинство которого по численности и оснащенности сильно уступало турецкому — но только не по боевому духу!

Первым и самым страшным эпизодом была, конечно, кровопролитная борьба за форт Св. Эльма, — тот, что напротив Средиземноморского конференц-центра, где состоялась премьера симфонического цикла. Много христианских и мусульманских воинов полегло по обе стороны его стен. Увы, крепость сдали, и начались неописуемые зверства: янычары изрубили ятаганами оставшихся в живых защитников форта, изуродованные тела прибили к деревянным крестам и пустили через пролив «в подарок» защитникам твердыни Св. Ангела, отрубленными головами стреляли из пушек…

Л.Г.: Жуткая история… К счастью, Алексей Шор пощадил наши нервы и не живописал всю эту кровавую бойню. Хотя звучало мощно. Впрочем, масштабные сочинения, связанные с той или иной годовщиной памяти павших героев, требуют массовости исполнения. Вспомним хотя бы «Траурно-триумфальную симфонию» Берлиоза или его же «Реквием», где оркестр достигает гигантских размеров, причем симфонический оркестр делит там пространство с несколькими военными оркестрами… Да, естественно, получилось очень много меди, но как же в этой ситуации обойтись без фанфар? Берлиоз, кстати, тогда самолично возглавлял свой большой музыкальный отряд — шел впереди колонны и дирижировал саблей.

С.В.: Неужели саблей? Я не просто так уточняю: в Биргу — том самом городе, где находится форт Св. Ангела, в часовне Богородицы Дамасской хранятся шляпа и меч Ла Валетта, которые он оставил в знак благодарности Пресвятой Деве за победу на турками. Кстати, второе имя Биргу — Витториоза, то есть Победительная — город и получил после снятия осады.

Но все это было потом. А пока, после взятия форта Св. Эльма, турки принялись за форт Св. Ангела. Битва велась на суше и на море, и именно в ней погиб главный враг Ла Валетта — Драгут. Это ударило по боевому духу турков, но они не сдавались и даже умудрились проделать брешь в стене форта Св. Ангела, но крепость так и не взяли — благодаря местным героям, а также помощи прорвавшихся на Мальту союзников с Сицилии. А потом вмешался заместитель Генерала Мороза (как известно, на Мальте снега не бывает): налетели ранние осенние штормы, и туркам пришлось отступить. Произошло это 8 сентября, в день Рождества Богородицы, так что ты теперь понимаешь, почему Ла Валетт посвятил меч именно Богородице. Да, и День Победы на Мальты празднуют 8 сентября, и в честь двойной фесты — светской и религиозной — по всей Мальте играют триумфальные марши местные духовые оркестры, которые по-мальтийски называются иль-банда.

Л.Г.: Что ни название, то музыкальная ассоциация… Ты говоришь о Св. Ангеле, Сан-Анджело — и в голове начинает звучать фраза о беглом Анджелотти из «Тоски» Пуччини… Тоже очень грустный сюжет, кстати, я в детстве рыдала горючими слезами, заслышав арию Каварадосси E lucevan le stelle. Вот и начинаешь думать невольно по поводу победы — она нелегко досталась мальтийцам, и я все ждала, не заиграют ли струнные в этот момент col legno, то есть древком, как у Берлиоза в «Фантастической симфонии», чтобы передать стук костей… К счастью, нас миновала чаша сия. Зато в оркестровой вертикали можно расслышать много чего интересного, и все это для того, чтобы музыка была образной, чтобы она была и живописью, и трагедией, и авантюрным романом…

С.В.: Тут вот еще что любопытно: Шор стал первым музыкантом, который обратился к этому эпизоду мальтийской истории. И это несмотря на то, что Вольтер говорил: «Ничто на свете не известно так хорошо, как осада Мальты».

Л.Г.: Особо хотелось бы отметить великолепную работу дирижера Сергея Смбатяна, который управлялся с двумя оркестрами — Государственным симфоническим оркестром Армении и Мальтийским филармоническим оркестром — так искусно, так легко и непринужденно, что я вынуждена процитировать саму себя и вновь повторить, что речь идет о молодом гении.

С.В.: Сергей Смбатян совершенно невероятный музыкант. Я говорила с ним по поводу этого произведения, и задала ему вопрос: не кажется ли вам, что у армян и мальтийцев много общего — например, оба народа всегда мужественно отстаивали свою свободу. И способна ли историческая память о героической борьбе за свободу объединить людей XXI века? И он согласился со мной, что мальтийцы и армяне — люди с мощной волей и убеждениями. «Я придерживаюсь того мнения, что исторические битвы за свободу тех или иных народов развивают подсознательную связь между сражающимися нациями, — сказал маэстро, — Когда представители мальтийского и армянского народа встречаются, они чувствуют, что связаны общими ценностями, что удивительным образом объединяет совершенно разных людей — независимо от их веры, расы, национальности, культуры и традиций».

Л.Г.: И мы услышали это сегодня на примере фантастического слияния двух оркестров. Кстати, после «Великой осады» играли мою любимую сюиту из балета Хачатуряна «Спартак», и этому феномену, как и феномену прочтения этого опуса совершенно нереальным Сергеем Смбатяном, я посвящу отдельную статью. Тем паче, тут во мне взыграло ретивое, поскольку я вспомнила, как снимала документальный фильм к 100-летию Арама Ильича… Но об этом, повторю, — отдельный рассказ. Что же касается предмета нашей беседы, то Алексей Шор еще раз подтвердил, что он — композитор лирического дарования, поскольку даже батальные сцены не помешали ему создать романтизированные образы, связанные с битвой. И совсем уж далекие от войны эпизоды вроде «Грез юных рыцарей», или «Баркаролы святого Эльма», или танцев на балу Великого магистра… Пожалуй, он опоэтизировал мужество защитников острова, и это невероятно трогает. Ну а если вспомнить, что с дней тех минуло почти 500 лет, вполне понятно, что это рефлексия на событие, а не описание самого события; музыкальные картины сражений, рожденные композиторским воображением. Несмотря на всю присутствующую канонаду. И еще: несмотря на страшное кровопролитие, связанное с осадой, все закончилось хэппи-эндом — прогнали захватчиков, отстояли остров. Напоминает битву Давида и Голиафа, не так ли?

С.В.: Да, ведь это символ победы над превосходящими силами противника, победа духа над грубой физической силой… Рыцари победили, а победителей обычно встречали музыкой… следует думать, что победной.

Л.Г.: Мне еще понравилось, что партитура «Великой осады» хоть и пронзительна, но оптимистична. К тому же здесь масса прелестнейших мелодий, которые хочется слушать вне всяких битв, просто ради удовольствия. И, наконец, хотелось бы напомнить, что завтра нас ожидает мальтийская премьера Travel Notebook.