«Узорчатые» церкви Томмазо Дингли
Современная Мальта сохранила небольшое наследие архитектора Томмазо Дингли (1591–1666). Из десятка построенных им церквей до наших дней дошли две. Остальные были перестроены. Та же участь коснулась и ворот в Валлетту: Porto Reale, которые были созданы по проекту Дингли в 1632 году. По мнению исследователей, сохранившиеся здания не только демонстрируют примеры архитектуры Возрождения на острове, где доминировало барокко, но и дают почву для размышлений, как испанский стиль платереско повлиял на творчество мальтийского архитектора.
Томмазо Дингли родился в Аттарде в семье скульптора Якобо Дингли и Катерины Дингли-Табоне. У них было десять детей, Томмазо был четвертым ребенком.
В начале своей карьеры архитектора Дингли помогал мастеру Джованни Аттарду во время строительства акведука Виньякур между 1610 и 1614 годами. В последующие годы Дингли получил ряд заказов и спроектировал несколько приходских церквей, а также ворота в Валлетту, заменившие первые, построенные в 1566 году.

Ворота Дингли: Porto Reale были перестроены в 1853 году, когда Мальта уже находилась под властью британского правительства.
Свою семью Томмазо Дингли создал уже в возрасте 60 лет, при этом у него было шестеро детей. Дингли умер 28 января 1666 года в возрасте 74 лет, и был похоронен в приходской церкви Аттарда, которая была создана им самим.
Испанское влияние на творчество мальтийского архитектора
Описание мальтийской архитектуры времен правления ордена Святого Иоанна чаще всего сосредоточено на итальянском и французском влиянии.
Тем не менее, на Мальте проявилось и влияние испанской архитектуры того времени. Это отмечено в работе испанского историка Адольфо Флоренса «Архитектура Испании и Мальты», написанной им в 1967 году.
Исследователи считают, что Мальта не дала таких ярких примеров архитектуры Возрождения, которыми известны Флоренция, Урбино и Венеция. Большинство зданий, построенных в то время на Мальте, — образцы спартанской военной архитектуры. Это неудивительно, учитывая положение острова и задачи по его защите, которые преследовал Орден Святого Иоанна.
Здания, построенные Томмазо Дингли, испытывающие ренессансное влияние, являются уникальными примерами. При условии, что в оригинальном виде до нас дошли только церкви в Биркиркаре и Аттарде, судить о почерке архитектора можно только по ним.
Церковь святой Марии в Биркиркаре
Фасад Церкви святой Марии, которую называют одной из архитектурных жемчужин Мальты, обладает более сложной композицией, чем церковь Аттарда. Помимо коринфских пилястр, здесь присутствуют миниатюрные резные колонны, обрамляющие арочный вход. Над ним красуются пять щитов с гербами: в центре — герб короля Испании Филиппа II. По бокам от него можно увидеть герб Великого магистра Адфольо Виньякура и герб уроженца Биркиркары отца Филиппа Борга, который был самым большим благотворителем строительства церкви.
Каменная кладка вокруг дверного проема и гербы очень богато украшены, что снова дает исследователям основания вспомнить о стиле платереско.
Увядший цветок Ренессанса
Конечно, трудно говорить о ярких примерах влияния стиля платереско на архитектуру Мальты того времени, учитывая, что мы можем судить об этом только по двум церквям Дингли.
По словам Квентина Хьюза, со смертью Томмазо Дингли в 1666 году «поздний цветок Возрождения на острове увял, и барокко Италии и Сицилии заменило его во всей последующей важной церковной архитектуре».
Открытым остается вопрос, что вдохновило Дингли на заимствования архитектурных особенностей испанских зодчих. Нет упоминаний о том, что он путешествовал в Испанию, но, возможно, в его распоряжении были гравюры с изображениями испанских соборов. Как бы то ни было, интерес мальтийского архитектора к этому причудливому стилю подарил средиземноморскому острову удивительно красивые здания.
Церковь Успения Пресвятой Богородицы в Аттарде
В церквях Дингли прежде всего обращает на себя внимание резьба по камню. Классический треугольный фронтон церкви в Аттарде обрамлен коринфскими пилястрами. В оформлении фасада исследователи усматривают испанские мотивы, которые разнообразили классическую строгость здания: в частности, об этом свидетельствуют украшения фриза и тонкая резьба вокруг дверного проема (признак стиля платереско). Стоит вспомнить, что Томмазо Дингли начинал свою карьеру в качестве резчика по камню. Английский архитектор Квентин Хьюз пишет о здании: «Композиция с резными элементами напоминает мне о Церкви Святого Духа в Саламанке и Воротах Пеллехерии Собора Бургоса».
Автор публикации
Читайте также:
Тайны, величие и очарование Трех Городов
2 декабря 2019
Из Верхних Садов Барракка, расположенных в Валлетте, открывается чудесный вид на Великую гавань и Три исторических города, которые послужили в свое время и домом, и крепостью практически для всех, кто селился на островах еще со времен финикийцев. В этом номере журнала «Мальтийский вестник» мы продолжаем рассказ о Трех Городах.
Кармине Лаури: «Дай мне мелодию, и я счастлив!»
23 июня 2018
Он прошел долгий путь от ребенка, который играл на деревянной ложке, представляя, что это скрипка, до звания одного из самых знаменитых мальтийских музыкантов. С 2000 года он является одним из ведущих солистов Лондонского симфонического оркестра, а также выступает как приглашенный солист Мальтийского филармонического оркестра.
Чжэ Тан: "Писать музыку тоже самое, что говорить. Ты должен говорить на собственном музыкальном языке"
12 июня 2018
Дениз Реджич беседует с Чжэ Таном — известным пианистом, самым молодым профессором фортепиано Шанхайской консерватории и одним из членов жюри Мальтийского международного фортепианного конкурса. Маэстро Тан знает, в чем кроются основные различия в проведении подобных музыкальных соревнований в Европе и Китае, взвесил все «за» и «против». Тан также рассказывает о чертах характера, которые помогут конкурсантам добиться успеха, и дает им ценные советы.
Сергей Стадлер: "Дирижер, как и коньяк, должен быть старым"
16 июня 2018
Накануне открытия Мальтийского международного музыкального фестиваля выдающий скрипач, дирижер и педагог оценил перспективы этого форума, рассказал о своих предпочтениях в музыке и покритиковал тенденции сегодняшней индустрии.
Алена Каработт-Чайкина: «У меня в жизни всегда было три профессии — журналист, гид и переводчик»
23 ноября 2017
Она из тех людей, чьи дела говорят о них больше, чем слова. Вот и беседа у нас получилась об Алениной работе, Мальте, ее работе на Мальте, которая посвящена Мальте же. Замкнутый круг? Да нет же, цельная натура!