Культурные перекрестки: Россия – Армения – Мальта

Мальта — молодой член Европейского Союза, она вступила в него только в 2004 году, и, конечно, для этого на данный момент неочевидного культурного центра это историческое событие и большая честь. Впрочем, культурный бэкграунд средиземноморской жемчужины на самом деле может дать фору многим, есть чем похвастаться и днем сегодняшним. Поэтому подчеркивать свое лидерство в сфере культуры мальтийцы в будущем году намерены основательно.

Одно из самых ярких событий в череде культурных доминант 2018 года на Мальте — Международный музыкальный фестиваль, а также фортепианный конкурс в его рамках, своего рода «конкурс конкурсов», который пройдет в апреле. Осень нынешнего года — важнейший подготовительный этап к нему, глобальный конкурсный марафон, когда в ряде мировых столиц проходят фактически отборочные туры, имеющие статус самостоятельных международных состязаний. 24 октября в столице России как раз стартовало такое соревнование — Moscow Piano Open, патронируемое Европейским фондом поддержки культуры.

Открытию престижного музыкального форума был посвящен концерт в Камерном зале Московской филармонии: в уютном пространстве Триумфальной площади играл замечательный камерный коллектив — Трио имени Хачатуряна. Это ансамбль с историей: он появился в 1999, а в своем нынешнем составе — Армине Григорян (фортепиано), Карен Шахгалдян (скрипка) и Карен Кочарян (виолончель) — выступает с 2006. Чуть позже, в 2008, он стал носить имя великого классика армянской музыки, советского композитора Арама Ильича Хачатуряна. Музыканты объехали весь мир; за исключением Африки они играли на всех континентах, в самых престижных мировых залах, включая такие сакральные места академической музыки как, Музикферайн в Вене и Гевандхаус в Лейпциге. Две важных темы для музыкального коллектива — это просветительская деятельность в родной Армении, где он выступает регулярно и не только в столице республики, и музыка своего патрона (несколько монографических программ из нее участники трио подготовили и «провезли» по городам России и Армении). Кроме опусов Хачатуряна, трио исполняет произведения и других армянских композиторов — Э. Мирзояна, А. Арутюняна, К. Хачатуряна, А. Тертеряна, а также мировую классику — Баха, Моцарта, Мендельсона, Россини, Шуберта, Шумана, Брамса, Дворжака, Дебюсси, Чайковского, Рахманинова.

Элегическим трио (соль-минор №1) последнего ансамбль начал свое московское выступление. Оно сразу задало тон концерту, на котором в целом было продемонстрировано неоспоримое мастерство музыкантов и торжество вкуса. Рахманиновское трио что лакмусовая бумажка: знакомое всем и каждому, оно беспощадно выявляет недостатки школы, интерпретации, стиля, чувства меры, и вместе с тем способно вознести на недосягаемый пьедестал тех исполнителей, которым есть что предъявить публике.

Первый же номер программы показал идеальную сыгранность ансамбля, превосходный звуковой баланс между инструментами, виртуозную точность игры без малейшего намека на смазанную ноту, нефилигранно очерченный пассаж. Трио превосходно соизмеряет свои звуковые возможности с тем пространством, в котором проходит концерт: суперкамерные габариты филармонического зала музыканты наполнили мягким звучанием, при этом не потеряв в экспрессии, сочности, крепости игры. Тембристая виолончель Кочаряна, певучая скрипка Шахгалдяна и деликатный пианизм Григорян составили уникальное триединство слышимого, рождающее выпуклые, рельефные музыкальные образы, запоминающиеся и, безусловно, задевающие за живое. Технический блеск исполнителей был явлен в стремительном динамизме нюансировки — от эфирных пиано до фанфар форте и обратно, мастерских филировках звука, органичности передачи музыкальной мысли от одного инструмента к другому, когда звук струнных идеально вливается в богатую фортепианную фактуру и столь же плавно, органично вытекает из нее.

Русскому классику «наследовал» современный мальтийский композитор российского происхождения Алексей Шор. Впервые в Москве прозвучал его цикл «Семь пьес для фортепианного трио», названия которых даны в свое­образном англо-итальянском миксе (что весьма символично для Мальты, где влияние Италии, а потом и Великобритании стало судьбоносным для потомков древних финикийских колонистов): Addio, Coming of Age, Farewell nocturne, King Matt the First, Luxembourg garden, St. Elmo Barcarolle и Schubertango. Мелодическое богатство, столь нехарактерное для современной музыки, ясность гармонизации, мастерское выстраивание драматургии цикла, основанной на эмоциональных переключениях с меланхоличного на карнавальное, с игривого на изящное, атмосфера эмпатии, создаваемая Шором для слушательского уха любого уровня подготовки, — вот привлекательные компоненты его стиля, благодаря которым сочинение воспринимается легко и с неподдельным, неослабевающим интересом. Фактурность изложения и экспрессивность высказывания тянут на крупную форму: сочинение явно имеет, что называется, второе дно, его камерное обличье обманчиво и, кажется, таит еще какой-то нераскрытый секрет.

Addio рождает атмосферу светлой мечтательности, легкой, нетягостной меланхолии, «вспарываемой» вдруг яркими экспрессивными всплесками. Coming of Age несет в себе взволнованность и сомнение, настроение передано с помощью простой, ясной ритмики. Farewell nocturne начинается сосредоточенно, отрешенно, но последующее развитие неумолимого звукового потока уносит к вершинам экзальтации. King Matt the First охарактеризован игривой, острой ритмикой, саркастическими «подскоками» в духе прокофьевского рамплиссажа. Luxembourg garden описан мечтательными раскатами рояля, напоминающими голливудскую киномузыку «золотого века», которым вторят два других инструмента. St. Elmo Barcarolle — образец упоительного мелодизма. Schubertango, конечно же, основано на тематизме венского классика, при этом оно сочетает грустную мечтательность Шуберта и бодрящие ритмы аргентинского танца.

Второе отделение концерта было полностью посвящено музыке солнечной Армении. Хиты Хачатуряна (вальс к драме Лермонтова «Маскарад», фрагменты из «Гаянэ», адажио из «Спартака») и Бабаджаняна («Ария», «Ноктюрн») прозвучали наряду с менее известными, но безусловными шедеврами Комитаса (танец «Абрбан») и Эдуарда Мирзояна («Шушаник»). В динамичной, танцевальной музыке (лермонтовский вальс, танцы из «Гаянэ», «Абрбан») музыкантам Трио имени Хачатуряна удавалось мастерски подчеркнуть акценты, с помощью острых, характерных штрихов сделать буквально зримой стихию пляса. Философской глубиной поразила миниатюра Мирзояна, неизбывной красотой изменчивых гармоний — знаменитое балетное «Адажио», мелодической роскошью — композиции Бабаджаняна.

Концерт-открытие конкурса оказался символичным, полным смыслов и одновременно — напоенным гармонией и безукоризненным эстетизмом. Сочетание русской, мальтийской и армянской музыки придало ему необыкновенный колорит, вызвав неподдельный слушательский интерес.

Александр Матусевич